В Аммане собрались, увы, делегации меньшинства Православных Церквей. Напомним, что сегодня в мире существует четырнадцать общепризнанных Православных Церквей. Иногда ошибочно пишут, что пятнадцать, но 15-я — Православная Церковь Америки, получившая автокефалию от Московского Патриархата, не признается греческими Церквами, и её предстоятеля, как правило, не приглашают на общеправославные совещания.

На этот факт — что собралось меньшинство — обращают внимание наши противники, — мол, и не стоит обращать внимание на решения этого совещания. Этого следовало ожидать. И это объяснимо. Ведь при организации Собора патриарх Иерусалимский Феофил столкнулся с очень серьезным противодействием со стороны как Константинопольского патриархата, так и его политических союзников, прежде всего Госдепа США, которые немало сделали, чтобы сорвать или, по крайней мере, не допустить высокого уровня представительства на Иорданском соборе. Впрочем, как уже доводилось писать, есть тут и доля вины нашего церковного дипломатического ведомства.

Тем не менее, Собор состоялся и это, пожалуй, главный его результат. Ведь, до самого последнего момента ходили слухи, что Собор может быть отменён или перенесён в связи с отказом большинства Православных Церквей принять в нём участие.

Оптимисты, конечно, ожидали, что Священноначалие Русской Православной Церкви предложит такую повестку дня Собора, которая позволила бы осудить действия патриарха Константинопольского Варфоломея, который легализовал украинских раскольников и откровенно вторгся на каноническую территорию другой Православной Церкви. И стоит отметить, в выступлении Святейшего Патриарха Кирилла прозвучала четкая оценка неканоничных действий патриарха Варфоломея, когда он называл основные проблемы, стоящие перед мировым Православием.

Проблема понимания первенства в Церкви; отрицание необходимости консенсуса при принятии решений во всеправославном масштабе. Это ведь Константинопольский патриарх пытается представить себя в роли «православного папы».

Угроза институту автокефалии в Церкви; отсутствие общеправославно признанного, бесспорного для всех механизма предоставления автокефалии. Это ведь Константинопольский патриарх самочинно предоставил автокефалию украинским раскольникам. Хотя тут стоит упомянуть и попытки предоставить автокефалию Македонской церкви в обход Сербского Патриархата.

Попытки оспаривать канонические границы автокефальных Церквей, пересматривать и отменять единожды принятые документы исторической важности, определяющие эти границы. Это опять, главным образом, про Константинопольского патриарха, хотя есть и другие примеры.

Претензии первого среди равных Предстоятелей в семье Поместных Православных Церквей на право принимать апелляции из любой Церкви. Это прямо о действиях патриарха Варфоломея, который снял своей волей анафему Собора Русской Церкви Филарету Денисенко.

Возникновение аномальной ситуации, когда первенствующий иерарх, вопреки базовым принципам канонического права, выступает в качестве судьи в деле, где он является одной из сторон. Это прямо про патриарха Варфоломея.

Проблема создания так называемых «ставропигий» на территориях других Поместных Церквей без их согласия или против их воли. И это тоже всё о нём — о патриархе Варфоломее.

Однако, реалии Аммана были таковы, что жёсткие решения и определения вряд ли могли были быть поддержаны участниками совещания. Тем не менее, как видим, в итоговом пресс-релизе действия патриарха Варфоломея хоть и в мягкой форме, хоть и косвенно были осуждены. Сказано о том, что предоставление автокефалии должно решаться всеправославным консенсусом. И этот тезис подрывает ту идею, которую сейчас всячески насаждает патриарх Варфоломей, что Константинополь является матерью-церковью для всех Православных Церквей, кроме древнейших патриархатов, и, поэтому, автокефалию имеет право предоставлять только Вселенский патриарх.

Конечно, в итоговом документе специально подчеркнуто первенство чести Вселенского патриарха, хотя накануне Собора активно обсуждалась идея отказа от этого принципа и провозглашение принципа соборности как основы внутриправославного диалога. Видимо, это связано с надеждами договориться с патриархом Варфоломеем, которую питают многие участники совещания.

Отрадно, что участники Собора поддержали Сербскую Православную Церковь в жизненно важных для нее вопросах. Участники совещания осудили действия властей Черногории, принявших закон, согласно которому храмы СПЦ, построенные до 1918 года, могут быть у неё отчуждены, — а это древнейшие монастыри и храмы. Вряд ли это подействует прямо сейчас на президента Джукановича, но, как говорится, «капля камень точит». Участники совещания признали внутренним делом Сербской Церкви ситуацию в Македонии, что очень важно. Ведь время от времени предпринимаются попытки интернационализировать македонскую проблему, когда предлагают вмешаться в этот вопрос то Болгарскому, то Константинопольскому патриархату.

Сегодня самая главная проблема — что будет после Аммана. Участники совещания предложили до конца нынешнего года собрать новое совещание с более широким уровнем представительства и выразили надежду, что в нём примет участие Константинопольский патриарх Варфоломей. Ни время, ни место совещания не определены. Но из того, что патриарх Феофил призвал всех глав Поместных Православных Церквей помолиться о мире в храме Гроба Господня, косвенно можно предположить, что местом такого нового совещания будет Иерусалим.

Очевидно, что сейчас развернётся борьба вокруг решений «Иорданского собора». Следует ожидать, что эти решения попытаются игнорировать или дискредитировать. Какую реакцию получат итоги совещания в православном мире, сейчас зависит от двух главных действующих лиц — Иерусалимского и Московского патриархатов, как самых заинтересованных в ликвидации межправославного раскола сил.

Иерусалимский патриарх Феофил выступил инициатором процесса примирения и преодоления раскола в мировом Православии. За что он подвергается жесточайшей критике и нападкам. Ещё бы, — он нарушил неписаное правило греческой солидарности, выступив инициатором церковного совещания, на котором, пусть мягко и косвенно, были осуждены и действия неформального духовного лидера греческого мира — Константинопольского патриарха.

Патриарх Феофил сегодня нуждается в нашей поддержке, в поддержке церковной Москвы. Московский патриархат кровно заинтересован в урегулировании раскола, поскольку речь идёт о значительной части Русской Православной Церкви, которая находится на территории Украины.

Понятно, что материальные, организационные и финансовые возможности Иерусалимского патриарха по созыву нового совещания незначительны. Поэтому основная черновая работа по пропаганде решений Иорданского совещания и по созыву нового православного Собора, конечно, должны лечь на плечи сотрудников Отдела Внешних Церковных Связей Московского Патриархата.

Хочется надеяться, что с этой работой ОВЦС МП справится. Стоило бы отбросить на время любимое направление деятельности ОВЦС — ватиканское — и заняться вплотную православным направлением, чтобы следующее православное совещание, которое соберётся, даст Бог, в нынешнем году, было куда более представительным и куда более содержательным по своим решениям.

Конечно, лучшим местом для проведения всеправославного Собора является Москва, о чём доводилось писать. Но желание видеть на соборе патриарха Варфоломея и договориться с ним исключает Москву как место «православной сборки».

Анатолий Дмитриевич Степанов, главный редактор «Русской народной линии»
02 Марта 2020 в 09:09
630