В конце марта министр просвещения Сергей Кравцов-Браун дал интервью проекту Вячеслава Манучарова «Эмпатия Манучи». Беседа была предельно комфортной, с оговоренными заранее вопросами, а также, судя по всему, с оговоркой табуированных тем. Из интервью министра можно сделать однозначный вывод: он искренне считает свою деятельность на посту весьма полезной, которая непременно принесет плоды, надо только подождать… лет семь. Пока лет семь, потом, может, и больше. При этом отказываться от явных заблуждений вроде отсутствия критических проблем с кадрами в образовании, отсутствия убийственной роли оцифровки в образовательном процессе и развитии обучающихся, губительной роли ЕГЭ и проч. Кравцов-Браун не намерен. Крайне невнятно прозвучали объяснения Кравцова по поводу внедрения оценки за поведение в российских школах – как будет выставляться, на что будет влиять в судьбе ученика – на эти простые вопросы министр внятно ответить не смог. Считаем важным разобрать ключевые ответы министра с комментариями, а также сформулировать вопросы, которые просто напрашивались, но не были заданы Кравцову Манучаровым.
Важно подчеркнуть, что Кравцов остается стойким в своих утверждениях (и заблуждениях). Не можем не процитировать ряд его тезисов (с комментариями): (полное интервью можно увидеть по ссылке - https://vk.com/video-212274703_456240738)
«Проблема реформ в образовании в том, что все мы хотим быстрых результатов. А так не бывает, нужно 5-7 лет, чтобы они появились. С точки зрения качества образования, развития школьника, его мировоззрения – это небыстрый процесс».
Вот оно что – т.е. лет через 7 обновленные ФГОСы и прочие инновации от Минпросвета покажут стране всю свою гениальность – и мы увидим позитивный результат в образовании. А мы-то думали. Надо просто еще немного подождать.
А что там недавно отметил (https://tass.ru/obschestvo/26935795?ysclid=mng5f04oba161933462) помощник президента РФ Николай Патрушев?
«Число выпускников, выбравших данные предметы для сдачи единого государственного экзамена, увеличивается медленно и не обеспечивает необходимого количества абитуриентов по инженерным специальностям.
В 2025 году ЕГЭ по физике сдавало 99 тысяч человек, что на 9,3% больше, чем годом ранее. В 2024 году этот экзамен сдала 91 тысяча человек. При этом по программам бакалавриата и специалитета по инженерным специальностям, где необходимо как минимум иметь положительные результаты по профильной математике и физике, было выделено более 190 тысяч бюджетных мест.
Сейчас, к сожалению, значительная часть школьных педагогов стремится в первую очередь просто "натаскать" учеников на решение экзаменационных тестов. Высокие баллы ЕГЭ зачастую не отражают реальных знаний выпускников школ по математике, физике и химии. По данным Минобрнауки, в 28 университетах, где в том числе готовят будущих офицеров, в 2023-2025 годах входной контроль по математике, физике и химии не прошли от 10% до 90% первокурсников», - рассказал Патрушев.
Но у Кравцова своя реальность с молочными реками и розовыми пони. Вот еще один его тезис:
«Сегодня педагогическое образование – второе по популярности. В некоторые педвузы у нас конкурс – 18 человек на место. Такого не было в советское время.
В целом, по данным Минтруда и Росстата – нехватка учителей около 2%. Средняя зарплата учителя в России – 68 тыс. рублей, как и средняя з/п в экономике России».
Мы хорошо помним, как в прошлом году, на заседании Совета законодателей, Кравцов со своими «двумя процентами» был отчитан (https://t.me/ouzs_ru/10440) вице-спикером Госдумы Ириной Яровой:
«Если у нас министерство полагает, что все хорошо (с педагогами – прим. ред.), зачем вы формируете запрос на иностранных педагогов, на мигрантов? Образование – это фундаментальная основа нацбезопасности. Вы нам заявляете через Правительство: нам не хватает педагогов, дайте нам иностранцев. Каким образом это соотносится с целеполаганием по воспитанию и образованию российского гражданина? И сегодня 500 тысяч вакансий педагогов, заявленных в публичном пространстве – это ситуация, крайне беспокоящая всех, кроме вас, судя по всему, почему-то».
Как видим, в голове министра и в обр. политике так ничего и не поменялось. К большому сожалению для всех нас. Но продолжим разбор тезисов Кравцова:
«Почему не хватает мужчин в профессии (учителя – прим. ред.)? Здесь и влияние информационных технологий, интернета, деструктивные компьютерные игры – это же большой бизнес, - все это захватывает ребенка, и он потом не различает, где реальность, а где виртуальный мир».
Стойте, Кравцов, так вы же сами 19 марта 2024 г. подписали приказ Минпросвета №171, согласно которому модуль «компьютерный спорт» был введен в образовательную программу по физкультуре. С чем тогда решительно не согласились все вменяемые родители, педагоги, общественники. Однако после запросов общественности выяснилось, что главными лоббистами киберпсевдоспорта в школах являются правительственные ведомства - Минпросвет, Минспорт и Минцифры.
Ужас, да? А потом ребенок у нас и правда не различает реальный и виртуальный мир. И всевозможные «соревнования» по кибернедоспорту, где есть игры и на мобильных телефонах (!), между прочим, где всякие жестокие шутеры и файтинги школьникам продвигает… тот же Минпросвет.
Причем сам Кравцов отлично понимает: да, это зло. Как же тогда назвать это цензурно, когда говорится одно, а делается противоположное?
И далее из той же серии:
«…телефоны запрещены в образовании. И я считаю, что это ненормально, когда с трех лет ребенку дают смартфон или планшет, чтобы он не отвлекал родителей. Это влияет на психологическое развитие ребенка, в том числе – провоцирует девиантное поведение.
Нужен определенный возраст, с которого ребенок может использовать мобильный телефон. Мы пока это обсуждаем, вопрос непростой…»
Отлично, но кто же сегодня принуждает всеми силами использовать в школах мессенджер из трех букв, если не сам Минпросвет? А до него – Сферум, в рекламных роликах которого ученики сидели в мобильниках. Опять раздвоение личности? У кого же в Минпросвете девиантное поведение нынче?
Самым невнятным блоком Кравцова был рассказ о внедрении оценки за поведение в школах:
«Когда будет оценка за поведение, родителям тоже нужно будет включаться. А то они говорят – «он у меня дома хороший, такого нет, вы наговариваете».
Вопрос ведущего: «Ну эта оценка чего-то лишает ученика в будущем?»
Кравцов: «Вот мы сейчас обсуждаем это. Это процесс такой – социальный, образование, здесь нельзя просто рубить топором. Мы рано или поздно к этому придем…»
К ЧЕМУ ПРИДЕМ-то в итоге? Что они обсуждают там? Ничего понятнее не стало.
Далее, Кравцов:
«Задача школы – дать качественное, хорошее образование. Но это должно быть вместе с родителями. У нас есть определенная проблема – недоверие к школе. Родители отдельно – школа отдельно».
Надо же, а кто эту проблему породил-то? Кто превратил школы в объекты строгого режима – с биометрическими камерами даже в классах, с отказом от наличных денег, с внесением класруком данных в ГИС «Профилактика», где семье школьника может быть присвоен проблемный статус?
Естественно, почитав вопросы очередной псих. анкеты, которую полутайно подсовывают школьникам на занятии, какое у родителей может быть доверие к современной школе? Ну очень интересный у нас министр просвещения…
А теперь давайте подумаем, какие вопросы не были заданы Манучаровым Кравцову из списка тех, которые напрашивались, которые очень хотела бы задать Кравцову родительская и педагогическая общественность, а также редакция «Катюши». Их множество. Как отмечалось выше, наиболее острые темы решено было обойти вниманием, очевидно, по предварительной договоренности. Попробуем исправить этот момент.
1) Ключевой вопрос – по поводу дальнейшей целесообразности проведения ОГЭ/ЕГЭ. Депутат и вице-спикер Госдумы Петр Толстой недавно заявил в ходе открытого диалога со студентами-участниками СВО, который прошел в Музее Победы:
«Менять надо не только Болонскую систему, по этому поводу решение уже принято. Менять надо всю систему, которая была выстроена, как калька западного образования, потому что и ЕГЭ, и ОГЭ - это все попытки выстроить систему под Болонскую. Я считаю, что нужно последовательно отменять ЕГЭ, возвращать традиционную систему образования, состоящую из выпускных и вступительных экзаменов», - сказал Толстой (https://ria.ru/20260123/tolstoy-2069887792.html?ysclid=mkvfjv27k134796673).
Кравцов в интервью рассуждал о среднем балле ЕГЭ по разным предметам, но поставить под сомнение саму суть этого экзамена-теста – конечно же, он никак не мог.
2) Навязывание в школах мессенджера из трех букв – жестко и безальтернативно. Всем, начиная с учителей и заканчивая учениками и родителями. Что незаконно, о чем не раз говорила прокуратура.
3) Полный диссонанс между содержанием учебников и заданиями ОГЭ/ЕГЭ (Кравцов обмолвился, что эту проблему вроде как успешно решают, на самом деле она далека от решения).
4) Внедрение в школах ИИ, цифровых домашних заданий и проч. Цифровизация образования – с первых классов.
5) Бесправное де-факто положение учителя в школе – перед руководством школы, перед отмороженными учениками, принуждение педагогов к тому же мессенджеру и загону туда учеников, как и на цифровые платформы и проч.
6) Постоянные психотесты, «диагностика» детей в школах.
7) Тесное сращивание с образованием корпораций вроде Сбера, что несет ярко выраженный деструктивный характер для образования.
8) Резко выросший объем внеурочки, перегружающий школьников (ранняя профориентация, РОВ, финграмотность, семьеведение.
9) Ограничение возможности попасть в 10 класс после получения основного общего образования (задача на государственном уровне – массово перенаправить выпускников 9 классов в колледжи).
И многое, многое другое. Но уже понятно, что эти вопросы не вписываются в повестку, которой следует министр Кравцов. Поэтому ждать от него внятных ответов на все перечисленное и не приходится. А мы продолжаем анализировать и фиксировать, как добивается наше некогда лучшее в мире образование. Через 5-7 лет, как метко заметил сам министр, это увидит даже ребенок.
РИА Катюша
