Как мы и обещали ранее, публикуем наиболее яркие выступления экспертов на секции «Цифровизация образовательной среды: преимущества и риски» Форума безопасного интернета, который состоялся недавно в Москве. Маленький спойлер: преимуществ у цифровой обязательной среды в воспитании и обучении детей на круглом столе озвучено не было – от слова «совсем». Зато было наглядно показано, какую деструктивную политику проводит Минпросвет, двигая цифру в школы, что происходит с детьми, которых погружают в гаджеты с младенчества, и как адепты глобалистов далее намерены ломать наше образование и суверенитет страны. А ведь остановить все эти не раз описанные и очевидные процессы не трудно – нужна просто политическая воля. Нам же остается только прямо говорить о том, что с нами будет, если все это не остановить. И требовать сворачивания «цифровой трансформации» образования. Аргументы в пользу этого требования – читайте ниже и используйте, формулируя собственные требования к ответственным лицам. Нам пора спасать молодое поколение!

К.ю.н., эксперт ОУЗС, член экспертно-консультативного совета по вопросам семейного права Совета Федерации Анна Швабауэр:

«Изучение правовых и методических документов показывает, что цифровизация образования имеет перед собой две цели: массированный перевод учащихся на самообучение в цифровых сервисах и формирование системы масштабного цифрового контроля с перспективным переходом к рейтингу. Чиновники публично говорят о добровольности цифровизации образования, но на практике, по факту, мы постоянно сталкиваемся с принуждением.

Как это происходит? Механизм принуждения к оцифровке связан с внедрением системы индикаторов и плановых показателей цифровой трансформации образования как якобы единственно верного пути в его развитии. В октябре 2023 г. было принято стратегическое направление в области цифровой трансформации образования. Основанием для разработки документа стал, в том числе, перечень поручений президента РФ по итогам конференции «Путешествие в мир ИИ». Что это за конференция? Ее проводит Сбер во главе с Германом Грефом, с приглашением международных экспертов. То есть выходит, что поручение Правительству у нас готовится на основании рекомендаций Сбера. В частности, Правительство указано обеспечить внесение в нацпроекты изменений, предусматривающих внедрение технологий ИИ в каждой отрасли социальной сферы. То есть вообще без исключений.

Подчеркну, никто не против прогресса и цифровых технологий как таковых. Речь о том, что где-то это допустимо, а где-то нет. Сейчас мы видим нарушение всех красных линий. Согласно документу, к 2030 г. должна быть создана информационная среда высокой степени цифровой зрелости. Некоторые показатели:

- должна быть обеспечена возможность управления траекторией и личностными достижениями обучающихся в цифровом виде

- обеспечение автоматизации проверки домашних заданий и использование экспертной системы ИИ при планировании образовательных программ

Педагоги мне говорили, что они возмущены – почему какой-то ИИ должен подменять их естественный интеллект при планировании рабочей деятельности при одной из основных функций педагога, например – проверка заданий ребенка.

Согласно документу, осуществляется разработка четырех компонентов информационно-сервисной платформы ЦОС: цифровой помощник учителя, родителя, ученика и цифровой психолог. То есть у нас образование полностью превращается в цифру, вымещается основное, что есть в педагогике – человеческое взаимодействие. Воспитание, обучение – невозможно без личностного эмоционального взаимодействия людей. Здесь же мы видим такие планы и показатели, которые просто вымещают человека из обр. процесса.

Также хочу обратить внимание, что согласно этому документу рисками, влияющими на реализацию проекта, названы: нежелание использовать сервисы цифровой образовательной среды, связанные с отсутствием доверия у граждан. То есть люди не те – мешают, дескать, внедрять цифровую трансформацию по полной.

К индикаторам эффективности также относится «доля обучающихся с проактивными сервисами». То есть когда тебе в твоем личном кабинете рисуется траектория жизни в цифровом виде, рекомендаций, по которым ты должен идти. Также к показателям относится доля педагогов, способных автоматизированно проверять домашние задания.

Мы видим еще такой индикатор, как количество уникальных пользователей за месяц. То есть не интересует ни содержание, ни что происходит внутри образования, а просто – количество пользователей цифровыми системами.

Согласно приказу Минцифры №600, к 2030 г. у 100% учащихся должен быть цифровой профиль. Как его создать? Зачисление в школу, по мнению цифровизаторов, должно быть цифровым. Недавно было совещание чиновников в Санкт-Петербурге, где прямо было озвучено: необходимо искоренить бумажный формат взаимодействия с обучающимися.

Также в этом приказе сказано, что доля заданий с автоматизированной проверкой должна составлять 70%. И на практике мы видим, что с 16 апреля в Москве меняются правила надбавок педагогам к зарплате. И цифровые домашние задания будут засчитываться только, если их выполнили не менее 70% учеников от общего количества в группе. То есть зарплата учителя теперь будет зависеть от того, насколько он смог отказаться от своей важной функции.

С 1 сентября 2024 г. вступает в силу новый порядок применения электронного обучения в школах. В нем появляется такое понятие, как «цифровые обр. сервисы». Это цифровые решения, «позволяющие приобретать знания дистанционно и обеспечивающие автоматизацию образовательной деятельности». То есть мы опять видим вымещение учителя из обр. процесса. Также дано понятие «электронного обучения». Его суть – в самостоятельном выполнении заданий обучающимися.

Говорится там и о формировании цифрового портфолио обучающегося – и мы не видим приписки, что оно является добровольным. Есть там норма, которая вроде бы косвенно говорит о том, что родители могут отказаться от электронного обучения, но – «за исключением случаев, когда реализация обр. программ предусмотрена школой». А у нас сейчас все школы почти используют ЭО, то есть родители практически бесправны.

Приказ Минпросвета, Рособрнадзора и Минобрнауки от 24 апреля 2023 г. называется Аккредитационный мониторинг. Для всех уровней школ там является первым показателем – наличие электронной среды с портфолио обучающегося. То есть будут определять, в какой зоне находится школа в зависимости от выполнения показателей.

И распоряжение Минпросвета от 2023 г., именуемое «Мотивирующий мониторинг» - для чиновников также по доле обучающихся с цифровым профилем будет определяться их эффективность.

Цифровая платформа «Сферум» - это механизм передачи образования и ПД всех детей страны в руки частной структуры «ВКонтакте». Когда мы слышим от чиновников и цифровых лоббистов, что это якобы разные вещи – это ложь. Откроем пользовательское соглашение и увидим, что соглашение разработано ООО «ВКонтакте», а регистрация пользователей в системе производится посредством VK ID. То есть родителей заставляют регистрировать детей в «Сферуме», а по факту родители дают согласие на регистрацию детей всей экосистеме «ВКонтакте». И это пользовательское соглашение может быть в любой момент изменено в одностороннем порядке.

Также хотела бы осветить некоторые изменения в обр. программах Минпросвета. В физкультуре появился новый модуль – кибер«спорт», то есть компьютерные игры. Целями внедрения модуля заявлена популяризация комп. игр среди детей, а дети так научатся пользоваться клавиатурой и мышью. Налицо втягивание детей в опасный виртуальный мир, с потенциальным формированием у них девиантного поведения, с провоцированием заболевания игроманией.

По факту в нашей стране реализуются совершенно бредовые планы американских форсайтщиков-идеологов развала образования, вроде Ивана Ильича, который прямо пишет, что у учителя не будет ни планирования уроков, ни ведения дневников и журналов – все это должно быть на цифровой платформе, а «учеба» ребенка – во ФГИС. Мы никак не выйдем из уничтожающей нашу школу глобалистской повестки, что полностью противоречит нашим традиционным духовно-нравственным ценностям.

Лучший способ противостоять этому – не кормить сети, не регистрировать своих детей на цифровых платформах и добиваться принятия закона, который наконец защитит наше образования от подмены на суррогат».

Д.м.н. Денис Иванов:

«Вот посмотрите на фотографию одного из топовых киберспортсменов. Это Михаил Столяров, позывной Дося. Глядя на это фото, врачи-клиницисты сразу поставят несколько диагнозов. Если обследовать, диагнозов будет еще больше. И казалось бы, увидев такие фотографии, первым поставить запрет на киберспорт должно было наше министерство физкультуры и спорта.

У каждого из нас есть такой механизм реакции на опасность, когда в кровь выбрасывается адреналин, учащается ритм сердца, спазмируются сосуды, в кровь выбрасывается глюкоза. Это все для того, чтобы наши мышцы начали лучше работать. Да, спортсмен на старте готов к экстремальному соревнованию. Но через короткое время сахар в крови сжигается, пульс приходит в норму – человек восстанавливается, приходит в обычное состояние.

Что же происходит у т.н. киберспортсменов? Да, за компьютером человек получает тот же испуг, страх, у него выбрасывается адреналин, колотится сердце, сахар и жиры в кровь выбрасываются… но дальше-то ничего не происходит – только пальчики шевелятся. Работы тела-то реально никакой нет. И так изо дня в день. К чему это приводит? Быстро приходят заболевания сердца, гипертоническая болезнь, сахарный диабет – а дальше целая куча ограничений для здоровья. А потом возникает и психическая зависимость. Ее уже занятиями спортом никак не откорректируешь, не вылечишь.

Что же отсюда получается? Надо жить в реальности и не играть в виртуальность. Попробуйте из так называемого киберспортсмена сделать нормального спортсмена. Не сможете – он до автобуса добежать не сможет.

Выводы: киберспорт опасен для физического и психического здоровья. Точка. Популяризация и продвижение киберспорта способствует разрушению здоровью детей, подростков и неоспоримо снижает рождаемость в России. Это все противоречит высказанным на самом верху директивам, что нам надо срочно увеличивать численность населения».

Д.б.н., психофизиолог Ольга Гилева:

«Все, что буду рассказывать – это результаты настоящих научных работ. Это настоящая работа – моя, моих коллег. Так что если нужны будут источники – обращайтесь.

Я была воспитана на образах и примерах из ВОВ. Вот стоп-кадр с советским военнопленным, который прошел обработку психотропным веществом. Этот молодой человек ведет себе неадекватно – он ест траву. Фактически он только внешне выглядит как человек, но он уже полностью лишен личности.

Что касается цифровых устройств, это уже данные моих коллег о влиянии их на здоровье человека. Конечно они влияют плохо на все системы. Особенно впечатляет риск онкологических заболеваний мозга у детей – мне кажется, что это слишком высокая плата за возможность пользоваться электронными устройствами.

А вот уже мое исследование – мы взяли школу, где применялось традиционное образование, и «цифровую школу». Сделали энцефалограмму мозга наблюдаемым детям, на этой картинке вы видите результаты ее спектрального анализа. Красный график – это покой, синий – интеллектуальная нагрузка. Мы видим, что первый график показывает нормальную реакцию детей на взаимодействие с человеком. Это очень важно. Если посмотреть на график ЭЭГ ребенка из цифровой школы – мы видим, что он никак не реагирует на общение со взрослым-экспериментатором. Его состояние похоже на состояние гипноза – при нахождении в нем можно внушать, что угодно. Это очень похоже на явление ребенка-маугли, который вырос среди животных. Такого человека потом невозможно вернуть в человеческое общество.

При активном использовании цифровых технологий мы получаем легко внушаемых «цифровых маугли». «Синие киты», колумбайны, деструктивные молодежные движения – логичное следствие такого образования. Таких людей может стать со временем очень много.

И в докладе Дмитрия Пескова/Павла Лукши «Будущее образования: глобальная повестка» (он же – форсайт «Образование-2035», подробнее см. здесь) мы видим в презентации на слайде о планомерной трансформации образования, что к 2025 году будет появляться все больше «новых маугли»: из поколения детей, выращенных компьютерами. То есть описанные мной изменения человека в цифровой среде им хорошо известны – у них все именно так и запланировано!

Можем ли мы что-то с этим сделать? Конечно. Каждый из нас может помочь окружающим нас детям, если ограничит их взаимодействие с цифровыми устройствами, будет способствовать развитию человеческих качеств: состраданию, взаимопомощи, умению общаться с живыми людьми, ставить и достигать цели.

А на уровне страны мы обязаны осознать эту угрозу как новую, беспрецедентную по масштабу и циничности, и принять решения, которые эту угрозу нейтрализуют».

Автор книги «Дети интернета», специалист по деструктивному контенту в сети Андрей Афанасьев:

«Современная школа вместо того, чтобы ограждать ребенка от бесконтрольной интернет среды, занимается обратным процессом. Наиболее показательно это происходит на примере «ВКонтакте», который всегда был лидером по распространению всевозможного деструктива. И сейчас, несмотря на смену собственника, он ничуть не изменил свою политику. И мы сейчас наблюдаем третий этап приобщения школьников к этой платформе.

Как это все происходило? Сначала, в 2021 г., они сделали отдельный сайт для «Сферум», но уже сразу с привязкой к VK ID – с открытым доступом ко всем продуктам ВК. Например, крупнейший порноресурс может быть доступен в России только через VK ID. «ВКонтакте» остается единственной в мире крупной соцсетью, где разрешена порнографии. И сегодня они связали ВК-Мессенджер с мессенджером «Сферума». Для отмазки они разделили профили на основной и учебный. Но учебный профиль специально сделан урезанным, детей оттуда буквально затаскивают во «ВКонтакте».

Еще хуже у нас ситуация с продвижением цифровых ювенальных платформ слежки за семьями. Они носят разные названия в регионах, но общий смысл всегда один – вторжение в семью с целью выявления разными способами поводов для вмешательства в нее, навязывание различного соцсопровождения, заработка на передаче детей в фостерные платные семьи. Особенно нагло эта система действует в Пермском крае. Она работает с 2018 г. в тайне от родителей. Сейчас опыт Перми хотят расширить на всю страну. Всех педагогов края заставляют вносить в нее данные о семье и поведении ребенка – там более 100 индикаторов.

А в Новосибирске пошли еще дальше и сейчас запускают «Цифрового куратора семьи». Все это называется «системами выявления раннего семейного неблагополучия» - то есть вмешательство в семью тогда, когда еще ничего не произошло. В эту формулировку, которой нет в федеральных законах, при желании можно включить, что угодно. Но при этом на ее основе и работают все эти АИС. Откуда вообще все это методички? Они писались «нашим» Фондом защиты детей от жестокого обращения, который просто брал документы USAID и переводил их на русский язык, внедряя в органы опеки. Почему у нас опека до сих пор пользуется этими методичками, а Фонд не признан иноагентом – мне не понятно. Сайт Министерства соцполитики Красноярского края, где был выложен скрин методичек этого Фонда для опеки, например, зачистили от этой информации сразу же, как только мы привели им ее первоисточник – USAID. То есть они все это знают и еще пытаются скрывать.

Что самое важное – сейчас все базы данных на детей и семьи объединяются на базе ФГИС «Моя школа». Там будет вообще все – и «Сферум», и телефон доверия, и психологическая служба. Самое важное, что в эту же систему будет входить Федеральный банк данных детей, оставшихся без попечения родителей. Он построен по принципу интернет-магазина, где можно выбрать ребенка под платную опеку под любые характеристики. Причем там оказываются и дети родителей, которые не ограничены и не лишены родительских прав!

Всем этим у нас занимается Минпросвет, который также отвечает за открытие в РФ представительств иностранных организаций по усыновлению российских детей. На нем же завязана деятельность органов опеки. Он же выступил против законопроекта о запрете на усыновление наших детей недружественными странами.

Еще у нас масса вопросов к внедрению в электронных дневниках школьников (в МЭШ, например) личного рейтинга обучающихся. Каждый видит свой рейтинг, складывающийся из оценок по разным предметам. И ребенку пишут, например: «Ваш рейтинг в классе упал на 5 мест, кто-то в классе стал учиться лучше…» Вот так они ставят вопрос, подогревая агрессивную конкуренцию среди одноклассников.

У нас еще масса вопросов, но задавать их некому, потому что Минпросвет максимально дистанцировался от родителей. Кончится все это полной передачей образования цифровой среде – мы видим, как этот процесс многократно усиливается. Мы, как родительская общественность, эти изменения никогда не примем», - подытожил Афанасьев.

Руководитель Дирекции аналитических радиопрограмм медиахолдинга «Звезда» Анна Шафран:

«Когда звучат фразы такого порядка: «необходимо искоренить бумажный формат» - это прямая диверсия против суверенитета и нацбезопасности. Есть замечательные исследования, показывающие, как быстро устаревают электронные носители. Мы уже утратили возможность для считывания ряда цифровых устройств, потому что они глубоко устарели и не выпускаются.

На самом деле реальная сохранность чего бы то ни была может быть обеспечена только в том случае, если этот документ хранится на бумаге. Нам же внушается прямо противоположное. Когда весь массив госданных перейдет в цифру, мы потеряем управляемость.

Наша победа на внутреннем фронте тесно связана с возможностью противостоять идеологическим диверсиям. Основная диверсия внутри у нас сегодня направлена на несовершеннолетних. К сожалению, «пятая колонна» у нас никуда не делась, продолжает двигать свои нарративы в идеологическом фронте.

Нужно серьезно пересматривать это положение дел. Например, есть вариант закрыть соцсети для несовершеннолетних – до достижения ими 15 лет, как это, например, реализовано в Китае. В ряде штатов США, между прочим, приходят к тому же. И второй путь – вводить систему жестких блокировок деструктивного контента при оперативной работе Роскомнадзора. РКН при этом надо сделать независимым от Минцифры, потому что это ведомство занимается как раз обратным.

Готовы ли мы перенять американскую модель, которая строится на развитии рынка соцсетей и контроля его спецслужбами? Лучшее взять можно. Но главное, чтобы мы не платили за оцифровку образования душами наших детей. Мы сами приводим детей в «цифровой публичный дом», а потом даем им гигиенические салфетки – дескать, пользуйтесь аккуратно.

Если мы выбираем суверенный путь, победу, развитие нашей державы – нет ничего страшного в отказе от того, что для нас вредно. Надо четко определиться: для нас бизнес на первом месте, или государственные интересы? Они наши финансы за рубежом нам все блокируют, а мы можем легко заблокировать все их цифровые платформы в России. И начнем печатать больше бумажных учебников!», - отметила Шафран.

25 Апреля 2024 в 04:53
6122