На тему результатов выборов 14 марта в Турции и странах мира,где проживает диаспора, особенно ярко оттоптался «рупор» семьи Ротшильдов The Economist. Редакторская статья Recep Tayyip Erdogan confounds the polls in Turkey’s election / «Реджеп Тайип Эрдоган поставил в тупик оппозицию результатами выборов в Турции». Англосаксов можно понять. В последнее время в Турции проводилась активнейшая агентурная работа в среде агентов влияния, которая предлагала стране «национальную повестку» без Эрдогана, со встраиванием в Европейские структуры.  Вывод издания простой: «Если не считать отсутствия полной победы авторитарного лидера Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, это был худший результат, который оппозиция страны могла себе представить».

The Economist резюмирует, что взятые Эрдоганом 49,4% голосов вынуждают его пойти на второй тур. От РИА «Катюша» добавим: еще нет подсчета по крупнейшим турецким диаспорам в Германии, Австрии, Италии, Казахстане и другим странам, который президент Турции за последние годы затащил в проект создания Новой Османской порты. «При этом голосов, подданных за объединенную оппозицию оказались намного меньше, чем предсказывали ангажированные Западом социологи и того, что ожидал сам Кемаль Кылычдароглу. Третий кандидат, националист и глава альянса «АTA» эхСинан Оган, получил 5,3% голосов, что является для него удивительно сильным результатом». Вывод отсюда может быть один: Оган «социально ближе» Эрдогану и, скорее всего, он попытается передать ему своих избирателей за две оставшиеся недели до 28 мая – дня окончательного турецкого выбора. Но со своей стороны отметим: во взаимодействии с ним есть «подводные камни». Дело в том, что в 2013 году Оган был исключен из Партии национального движения ПНД как «кемалист». То, что это проделала креатура Эрдогана у местных аналитиков сомнений нет. С другой стороны, за день до выборов Сиган Оган сделал следующее заявление: «Если выборы дойдут до второго тура, мы сделаем все возможное, чтобы добиться наилучшего результата для нашей нации в этом процессе». Так что тактические задачи у него и нынешнего президента Турции совпадают. Другое дело – турецкий кемализм как светское движение и Османская Порта как возвращение к исторической справедливости, но до этого еще надо продержаться под давлением США.

Важнейшую роль Огана подчеркивает и издание Ротшильдов, которое называет его «делателем королей»: «В недавних интервью кандидат от националистов предположил, что он и его партия рассматривают министерские посты в обмен на трансфер влияния». Однако The Economist рассматривает только выгодный англосаксам сценарий – создание «семипартийщины» на базе оппозиции Эрдогану. Журнал считает, что Оган, highly likely , также потребует, чтобы оппозиция еще больше дистанцировалась от ДПН, которую большинство турок, и особенно националисты, считают реинкарнацией запрещенной исламской курдской повстанческой группировки. Однако это чистая пропаганда.

Кстати, в Турции проходили не только президентские выборы. Избирался и парламент. По оценкам The Ecomomist, альянс Кылычдароглу, возглавляемый его собственной Народно-республиканской партией (НРП), показал еще худшие результаты, где он набрал всего 35,1%, что, по прогнозам, избирательная система Турции обеспечит ему примерно 213 из 600 мест в парламенте. Блок Эрдогана, известный как Народный альянс, возглавляемый его партией Справедливости и развития (АК) и ультраправой Партией националистического движения (ПНД), набрал 49,4% голосов, чего достаточно, чтобы сохранить комфортное большинство (примерно 321 мест.  Небольшой оппозиционный альянс, возглавляемый главной курдской партией Турции, Народно-демократической партией (ДПН), получил 10,5% (около 66 мест).

The Economist делает в статье краткий анализ причин выигрыша Эрдогана: «Ключом <его> к успеху в первом туре было то, что он убедил достаточное количество избирателей в том, что выборы были связаны не столько с экономикой, страдающей от 43% инфляции, сколько с идентичностью, национальной гордостью и безопасностью». Сказать это от себя в издании не могли, поэтому сослались на профессора международных отношений Ахмета Хана из  Университета Бейкоза / Beykoz University. Профессор говорит, что «Эрдоган сделал это, продемонстрировав ошеломляющее множество новых проектов, в том числе крупнейший военный корабль Турции, ее первый электромобиль и атомную электростанцию, построенную Россией».

Интересно, что проигрыш оппозиции издание объясняет словами самого нынешнего президента Турции. Оппозиция обязана проигрышу Рабочей партии Курдистана (РПК), запрещенной сепаратистской группировке, и общине Гюлена, религиозной секте, которую Анкара обвиняет в попытке насильственного государственного переворота в 2016 году. Но поддержка Кемаля Кылычдароглу со стороны Британии и США не стихает. За них стоит либеральная экономика. Журнал пишет: «Чтобы победить во втором туре, ему и остальной части оппозиции придется переориентировать все дебаты на экономику, - снова ссылаясь на профессора Хана. -  Это их единственный шанс». Англосаксы утверждают, что реакция рынка на победу АК и перспектива еще пяти лет правления Эрдогана также могут иметь значение в глазах избирателей. Теперь, когда иностранные инвесторы, изгнанные Эрдоганом из Турции не получат желаемого от оппозиции давление на лиру скорее всего усилится. Можно прочитать это как запланированное давление МВФ и глобальных банков.

Ну и напоследок реальные мечты англосаксов про Турцию одной цитатой: «Еще пять лет правления Эрдогана укрепят его автократию. Победа оппозиции во втором туре выборов, хотя и выглядит маловероятной, даст шанс восстановить демократическое правление и путь к экономической стабильности». Все сказано открытым текстом и если Эрдоган это не учет на будущее, он обречен как и все остальные «авторитарные» лидеры.

Дмитрий Светин специально для РИА «Катюша»

15 Мая 2023 в 03:34
4172